Казаки от казаков ведутся

Мы живем на Дону. На вольном Дону. А что мы, потомки наших великих предков, знаем о казачестве? Просто так, зараз не расскажешь...

Из школьной программы мы знаем, что именно на Дону находили приют беглые крепостные. Знали они, что с Дона выдачи нет! Знаем, что когда-то на охране южных границ государства стояло грозное Войско Донское, и служили казаки верой-правдой Матушке России. Помним роман Шолохова "Тихий Дон" и яркий образ казака Гришки Мелехова. Ну, и, наверное, всенародно известны и любимы тосты: "Стременная!", "Закурганная!", "Коню в морду!". Но ведь это - только вершина айсберга, скрывающая великое множество самых интересных и разнообразных знаний из жизни казачества.

Именно поэтому мы начинаем цикл статей об истории казачества, который будет посвящен уникальным традициям, нравам, обычаям, быту и службе казаков. А начнем повествование с рассказа о воспитании казачат. Без духовно крепкой и здоровой молодежи у казачества - нет будущего. Особенное значение этот вопрос имеет в настоящее время: в стране, где размыты идеалы, возрождение казачества не просто обращение к памяти предков, а настоящее серьезное дело служению России - вечная непреходя¬щая ценность и смысл человеческой жизни.

Казаки всегда любили детей и были рады и мальчику, и де­вочке. Если казачка хотела, чтобы у нее родился сын, она некото­рое время носила на себе сорочку той женщины, у которой рождались одни мальчики и т. п. У донцов рождение сына имело особую ценность. Для того, чтобы родился казак, над крова­тью (колыской - детской подвесной люлькой в кружевах-оберегах) донцы вешали (на ковер) ружье и шашку, а также нередко вместо подушки клали седло. Когда женщина готовилась ро­жать, то в доме отворялись все двери. Новорожденного тщательно обере­гали от "сглаза" (от недоброго взгля­да, наведения порчи). Перед младенцем до крещения горела восковая свеча для защиты от злого духа. Для сохранения новорожденного в пятницу в доме не заваривали квас, а то, как считали казаки, дьявол будет купать в нем маленького. Матери запрещалось ругать своего ребенка непотребными словами и проклинать, иначе он обратится в "нечистого" и исчезнет. Здоровый, крепкий сын был гордостью матери-казачки.

Как правило, ребенку старались дать имя бабки или деда. В кумовья выбирали уважаемых соседей или родственников. Существовал обычай: если в семье до этого умирали дети, то в кумовья приглашали первых встречных. Во время обряда крещения в купель бросали шарик из воска с волосами малыша: потонет шарик - ребенок умрет, будет плавать - проживет долго. Крестные младенца несли ответственность за воспитание ребенка иногда даже больше, чем его родители.

Казаки от казаков ведутся

Основное воспитание, конечно, проходило в семье. Родители с детства приучали детей к труду и своим отношением ко всему показывали пример. Слово отца в семье было все равно, что слово атамана для войска, - ему следовали беспрекословно. Каждый казак с малолетства знал и всем сердцем хранил Божью заповедь: "Чти отца твоего и матерь твою, да благо ти бу дет и будешь долголетен на Земле".

Воспитание детей, особенно мальчиков, преследовало одну цель: воспитание воина. Мальчика стригли первый раз, когда ему исполнялся год. Этот обряд описан в древнерусских летопи сях, как великокняжеский, и неизвестно, пришел ли он на Русь из степи или в степь от Руси. Но у казаков он сохранился до наших дней.

Годовалого казачонка на женской половине дома усаживали на кошму, и крестная срезала его первые прядки волос, которые потом, на протяжении всей жизни, сохранялись за именной иконой. Подстриженного мальчонку женщины передавали мужчинам, и те несли его к церкви. Там его ждал нео-седланный конь. Казачонка сажали верхом на коня на расстеленный шелковый платок (в который потом заворачивали первые волосы) и гадали, как он будет себя вести, по малейшим приметам стараясь угадать судьбу будущего воина.

Старики-казаки внимательно наблюдали за этим, и по посадке, по хватке ручонок они определяли его будущее. Схватится за гриву - будет жив. Заплачет, повалится с коня -быть убитому. "Добрый будет казак!" -такой приговор был наградой родителям. Коня обводили вокруг церкви. Потом отец брал сына на руки, а крестный надевал на них обоих портупею так, чтобы издали казалось, что идет по улице казак при шашке.

У ворот родного куреня казаков встречали женщины. "Казака приня-майтя! Да за ним доглядайтя! Чтоб был не квелый, до всякой работы скорый, чтоб Богу молился да сабле учился! Чтоб малых не забижал, старых уважал, а к родителям был почтительный...". Крестная снимала с отца и сына шашку со словами: "Возьми, крестный, шашку, нашему казаку еще расти нужно. Сохраняй ее до срока". Крестный принимал оружие, хранил его и вручал крестнику в семнадцать лет, после того, как малолетку приписыва¬ли к полку. Он же, крестный, обучал крестника всем церковным обычаям, но в большей степени всем видам воинского искусства.

Считалось, что отец может быть излишне строг или чрез-мерно мягок - поскольку это его плоть и кровь, а крестный - духовный отец -будет и строг, и справедлив.

Обучение начиналось после праздника "первых штанов". Штаны, как правило, дарил старший в роду. Это должны были быть обязательно шаровары. Без этого изобретения скифов обучение верховой езде было невозможно. Мальчика все поздравляли с первыми шароварами, и казачонок ими очень гордился. Наступал этот праздник в зависимости от общего развития мальчика, но, как правило, лет с трех-пяти казачонка уже приучали к верховой езде. Обучение было тяжелым и постоянным. Стрелять учили с семи лет, рубить шашкой - с десяти.

Казаки от казаков ведутсяСначала пускали тонкой струйкой воду и "ставили руку", чтобы клинок шел под правильным углом и резал воду, не оставляя брызг. Всем известен "баклановский удар", разрубывающий противника пополам от головы до седла. Затем учили "рубить лозу", сидя на коновязи - на бревне, и только потом на боевом коне.

Рукопашному бою учили с трех лет, передавая особые, в каждом роду хранившиеся приемы.

Мать выводила ночью 3-летнего сына в степь и, указывая ладонью вверх, говорила: "Звезды - глаза твоих предков. Они следят, как ты защищаешь свой род". Этот мальчик, став воином, не знал страха смерти, ведь погибнув в бою с врагами своего рода, он попадает в рай на радость дедов своих. Это предание называлось"Воспитание небом".

Мальчика воспитывали гораздо строже, чем девочку, и жизнь его с самого раннего возраста была заполнена трудом и обучением. С пяти лет мальчишки работали с родителями в поле: погоняли волов на пахоте, пасли овец и другой скот.

Но время для игры оставалось. И крестный, и атаман, и старики следили, чтоб мальчонку "не заездили", чтобы играть позволяли.

Но сами игры были такими, что в них казак обучался либо работе, либо воинскому искусству.

Одной из самых любимых была древнейшая игра пастухов - дзига (или кубарь), в которую играли сутра до вечера.

Специально изготовленную иг-рушку, похожую и на шпульку от ниток, и на волчок, подхлестывали кнутами. Условия были самыми разными: стараясь не уронить, гоняли дзигу по маршруту, гоняли наперегонки...

Особые мастера ухитрялись выделывать потрясающие номера с кубарем,подбрасывая его в воздухе или попадая им в цель за много метров. Бывали командные соревнования, бывали бои, когда сшибали дзиги противников...

Несмотря на то, что взрослые считали "гонять кубарь" пустым занятием, именно оно развивало глазомер, реакцию, ловкость, выносливость, да и просто обучало пастушьему владению кнутом и боевому умению обращаться с нагайкой.

В семь лет мальчонку стригли ритуально во второй раз. Бритоголовым он шел в первый раз с мужчинами в баню, а затем к первой исповеди.

Дома после праздничного обеда, за которым он в последний раз ел детские сласти, под украдкой роняемые матерью, сестрами и бабушкой слезы, он собирал постель и переходил из детской в комнату братьев.

Старшие братья придирчиво осматривали его одежонку и немилостиво выбрасывали все, что счи¬тали излишне теплым и мягким. "Все! - говорили они. Учись служить! Чай теперь ты не дите, а полказака!"

С этой минуты мальчика могли на­казать только мужчины (или, если отец погиб или умер, только мать). Женщи­ны не имели права вмешиваться в его воспитание. А когда старшие уезжали из дома, он оставался за хозяина. "Смотри, - говорил отец, - на тебе дом и женщины. Доглядай хозяйство". И если поначалу это могло восприни­маться не совсем серьезно, то в десять лет казачонок уже полностью понимал меру ответственности и действитель­но был опорой дома и семьи.

Уважение к старшим, особенно к пожилым казакам, закреплялось в традициях. Молодежь к этому приуча­ли с детства. Молодые люди стыди­лись сделать при старике малейшую непристойность. Любой старец мог не только напомнить юноше о его обя­занностях, но и наказать его, не опа­саясь гнева родителей. Молодые люди не имели права садиться в при­сутствии старших.

Земляной пай казакам выделялся по количеству мужских душ в семье. Именно поэтому в казачьих семьях так радовались рождению сына. На семью приходилось от 30 до 50 десятин (1 десятина = 1,09 га) удобной земли. Мальчишки обязательно присутство­вали при разведении межевых границ.

Причем, после того, как мальчонка с закрытыми глазами повторял все при­меты и знаки границы, его могли нео­жиданно ударить рукой и нагайкой. Объяснение было примерно следую­щим: "Мол, прости, сынушка, это тебе не в укор и не в наказание... Рана заживчива, а память забывчива. И ты с годами все позабудешь, а вот как тебя ударили ни за что ни про что, век помнить станешь, а с тем и все границы станичного юрта".

Обычай носить серьги у казаков связан с военной стороной жизни. Этот обычай у людей несведущих вы­зывал недоумение и улыбки. Но не все казаки имели право носить серьги. Так, серьга в левом ухе у казака означала, что он один сын у матери, серьга в пра­вом - последний мужчина в роду, а если у казака было по серьге в левом и в правом ухе - это означало, что он один ребенок у родителей.

В походах и в боях таких (по возможности) берегли. Конечно же, серьги не освобождали казаков от опасностей и никакой гарантии не давали. Казаки с серьгами наряду со всеми несли тяготы походов и сражались плечом к плечу с остальными, но остальные, по неписаным правилам, старались их сберечь и как могли подстраховывали.

Серьги у ка­заков-мужчин имели обычно вид простого полумесяца и в лучшем случае были серебряными. Но самой главной задачей казачонка всегда была учеба. Особым уважением пользовались школяры. Ими гордились в семьях, они вели себя на улице солидно и достойно. Те, кому посчастливилось учиться в кадетском казачьем корпусе или в гимназии, были известны поименно всем жителям станицы или хутора. Их приглашал в правление и поздравлял с каникулами сам атаман.

Студентов и юнкеров даже старики звали по имениотчеству. До сих пор существует пословица: "Казачки - не простачки - веселые ребята!". Но кроме этого, каждый казачонок ежедневно учился работать, перенимая мастерство от старших. Семилетний мальчик вполне справлялся с лошадьми и волами. Пахать на волах ему не хватало силенок, но боронить, сгребать сено на лошадях было исключительно мальчишеским делом.

С весны до осени казачата, как правило, жили в степи при отарах или на бахчах со стариками, "ходили в ночное". И здесь учеба не прекращалась ни на один день. Казачат ежедневно учили стрелять, скакать на коне, рубить шашкой, бороться.

Сыновьям казачьих офицеров времени на детские игры отпускалось меньше, чем сыновьям простых казаков. С пяти-семилетнего возраста отцы забирали их в сменные сотни, полки и увозили с собой на службу, часто и на войну.

С очень раннего возраста казачонок осознавал себя частью станично­го общества. Предания донесли до нас известия о том, что на всех старинных казачьих войсковых кругах обязательно присутствовали смышленые казачата.

Для этого торжественного случая им даже шилась, за счет атаманской казны, праздничная одежда. Разумеется, они не принимали участия в спорах казаков, у них была другая задача - слушать и запоминать. В особо важных случаях таких мальчиков бывало несколько. Они стояли друг от друга порознь, чтобы не разговаривали меж­ду собой, а после круга их расспрашивали: что они запомнили, о чем шла речь, кто и что говорил, кто кому воз­ражал, какое было принято решение...

Так народ сохранял свою историю. Бывали старики, которые с поразительной точностью рассказывали о событиях вековой давности, а на вопрос, откуда ему это известно, старик отвечал коротко и просто: "Я там был!"

Казаки от казаков ведутся

PS. Современным мальчикам нет нужды запоминать все, что происходит вокруг - уровень развития техники позволяет "запомнить" и записать на электронные носители все значимые события.

Но необходимо знать дедов своих и прадедов, интересоваться своей собственной родословной, которая, я уверен, не уступает истории казаков...

Алексей ПАНЕВКИН

Related Images:

  • Комментарии
  • Вконтакте
  • Facebook

Добавить комментарий