Михаил Шолохов и Нестор Махно: а была ли встреча?

Александр ЖБАННИКОВ

Из книги Жбанников А. Михаил Шолохов - больше, чем писатель. - Ростов н/Д., 2006. - 272 с.

Вечер. Грязь. Слякоть. Понурый строй пленных красноармейцев мнётся перед тачанкой Нестора Махно... Батька полирует ногти алмазной пилочкой и командует своим молодцам:
– Этого расстрелять!
Выстрел, вскрик, звук падающего тела...
– И этого тоже расстрелять...
Выстрел, вскрик...
– Этого повесить... Этого расстрелять...
Услышав приговор, очередной красноармеец падает на землю и начинает биться в истерике с криками: «Нет, нет!!! Не хочу, не надо!!!».
– Опа... А этого не надо! Он не хочет...

(Из народного фольклора о Несторе Махно)

Описание в ранних рассказах эпизодов, связанных с Махно и махновцами, дало пищу для предположения, что Михаил Александрович Шолохов встречался лично с Батькой и «Донские рассказы» в этом плане несут в себе автобиографические сведения.

Сам писатель лично нигде и никогда публично не рассказывал и не писал о своих встречах с Махно. В его автобиографии, написанной в 1931 году, лишь коротко сказано «банды гонялись за мной, я гонялся за бандами» . Но где и за какими? Сведений подобного рода не обнаружено ни в одном архиве, а старожилы станицы Вешенской и окрестных хуторов, при всей своей любви к земляку, об этом никогда не рассказывали. Молчал Шолохов и по поводу, время от времени появляющихся в печати, рассказах о его встрече с Махно. И это, не смотря на то, что каждый раз это были новые и новые эпизоды с одними и теми же персоналиями – юным Шолоховым и опытным атаманом Нестором Махно.

Каждый из этих авторов знал, что написанное рано или поздно будет прочитано писателем либо его родственниками. Кто же тогда давал «пищу» для новых сюжетов? Сам писатель? Или кто-то с его ведома и одобрения? Ведь ни разу в печати не появилось ни одного опровержения и ни одного замечания со стороны Михаила Александровича либо членов его семьи!

А поразмыслить было над чем, если собрать воедино все написанное по этому поводу.

Чаще всего место действия определялось хутором Коньковым, расположенным не так уж и далеко от станицы Вешенской, если судить по географическим меркам. Но обстоятельства были разные. Так, В. Гура, В. Петелин и Л. Якименко пишут, что Шолохов попал в плен во время боя.

Приведем эти эпизоды.

В. Гура:

«Во время боя под хутором Коньковым бандиты взяли в плен Шолохова. Допрашивал его сам Нестор Махно, пригрозив юноше виселицей в случае новой встречи».

В. Петелин:

«А во время боя под хутором Коньковым юный продармеец был захвачен махновцами. Допрашивал его сам Махно. Трудно сказать, чем окончился бы этот допрос, если б не хозяйка хаты, которая бесстрашно заступилась за попавшего в беду хлопца:

– Что ж ты дитыну губишь? У него ж десь мати е. А в тебе тож маты...

Махно отпустил парня, но пообещал повесить, если он снова попадется ему».

Л. Якименко:

«Шолохов под хутором Коньковым во время боя попал в плен к махновцам. Он был допрошен самим Махно и не был расстрелян только по малости лет. Махно посулил ему, в случае повторной встречи, виселицу».

К. Прийма же утверждает, что Михаил Шолохов вез обоз с хлебом и был захвачен разведкой махновцев. Приведем и этот эпизод для сравнения:

«Продработник Каргинского ревкома Михаил Шолохов вел обоз с хлебом. Его перехватила разведка махновцев. Привели к атаману, который с костылями сидел в тачанке. Тут же при толпе хуторян, на допросе, юный Шолохов отвечал дерзко и решительно. Куда девалась его застенчивость! Предание гласит, что на вопрос Махно: «Где в казачьих амбарах хранится семенной овес?» Шолохов отвечал: «Где овес? Ты что, на Дону хочешь, не севши, жати? А знаешь поговорку: поехал за шерстью, гляди, вернешься остриженным?..» Махно рассвирепел, но хуторская толпа казаков, женщин и казаки–фурщики (у которых махновцы забрали пшеницу) вступились за сорванца. И Махно смилостивился, твердо пообещав ему при второй встрече виселицу».

И во всех случаях – батькино сердце смягчается, он жалеет малолетнего «враженка» и отпускает его, причем, пригрозив повесить в другой раз.

Другая версия представлена П.Е. Чукариным. Место действия – станица Каргинская. Шолохов уже не продработник и чоновец, а учитель, случайно оказавшийся в школе во время налеты банды Махно. Приведем и этот эпизод:

«После боя жители Боковской подобрали и похоронили в трех братских могилах 290 изуродованных трупов красноармейцев и командиров.

После этого боя махновцы решили убраться из Придонья. По пути они заскочили ночью в Каргинскую и захватили врасплох оставшийся отдохнуть в школе небольшой отряд чоновцев.

Около двух десятков всадников окружили пленных, в числе которых оказался и молодой школьный учитель Михаил Шолохов, бегом погнали их к Василевке. По дороге расстреливали по одному.

Уже рассвело, оставшихся семерых решили прикончить в неглубоком овражке, отделявшем Каргинскую от Василевки. Но тут с грохотом подлетела запряженная четверкой тачанка.

- Кто такие? – закричал из нее маленький, худенький человек в серой каракулевой папахе, из-под которой свисали длинные прямые волосы. Лицо у него было сморщенное, как печеное яблоко, глаза безбровые. Рядом сидел кудрявый блондин с ярко-красными губами, в короткой поддевке. Впереди, подле ездового, еще один махновец – криволицый, в енотовой шапке, перетянутый ремнями.

– Кто такие? – снова отрывисто спросил длинноволосый.

Махновцы начали объяснять.

– А ты кто? Чей? Откуда? Сколько лет? – уставился тот на Мишу.

– Учитель я, – ответил Шолохов. – А лет – пятнадцать.

В глазах длинноволосого человека мелькнула какая-то искорка.

– Интеллигент, значит? Юный коллега?

Кудрявый блондин, уловив перелом в настроении атамана, равнодушно подал совет:

– Всыпать ему плетюганов, Нестор Иванович, да и черт с ним! Руки о него марать не стоит, – и сквозь зубы выстрелил длинной цевкой слюны.

– Каретник! – крикнул длинноволосый сидящему впереди криволицому. – Садись на коня и сопроводи гражданина учителя к его мамке. Да живым! Путь батьку Махно добрым словом вспомнит!

Мише повезло – смерть прошла мимо. Конвоир, не слезая с коня, порол Мишу плетью до самого дома. В хате перетянул плетью через спину мать, съел горку намасленных блинов и умчался догонять своего «батьку».

Можно ли верить П.Е. Чукарину, который не один год проработал рядом с Шолоховым и давал ему рукопись своей книгу «Розы и тернии» для того, чтобы получить от писателя «добро» на публикацию повести о его жизни и творчестве? Если да, то почему Шолохов отказал ему в просьбе? Если нет, то П.Е. Чукарин сам не мог «придумать» этот эпизод в данном случае.

Совсем по-иному трактуется встреча Михаила Шолохова с Нестором Махно в книге «Шолохов в Казахстане» Б. Жумангалиева. Автор местом действия избрал аж берег Днепра, забыв, однако, написать, что там делал с продотрядом из Верхнедонского округа Миша Шолохов и как он «попал» в руки бандитов. Он пишет:

«В гражданскую войну был в биографии Михаила Александровича факт, когда он в плен попал, так и это потом долгое время обсасывали – как же что его из плена-то выпустили?.. В «Тихом Доне» есть эпизод, который с самим автором произошел. В штабе бандита Фомина допрашивают пленного красногвардейца, совсем молоденького. Озверевшие кровопийцы в конце концов его зарубят. Шолохов, когда в продотряде служил, тоже с бандитами имел дело и однажды попался им в руки. Сам Нестор Махно его на берегу Днепра допрашивал. Смелость и находчивость юноши при ответах растопила, видно его сердце – отпустил он его…»

Андрей Воронцов, автор романа «Огонь в степи», вообще дал волю фантазии. Встреча Михаила Шолохова и Нестора Махно происходит во время спектакля «Тарас Бульба» в станице Каргинской. Сам будущий писатель исполняет роль сына Тараса. В романе Андрея Воронцова читаем:

«Представление было в самом разгаре, когда, откуда ни возьмись, налетели на Каргинскую махновцы».

Далее следует описание паники и расстрелов прямо около здания театра.

Читаем дальше:

«Зал молчал. Рядом с верховым появился небольшого роста щупленький длинноволосый человек в казакине с синими «разговорами» и заломленной назад папахе. Тронутое оспой безусое лицо его с родинкой над верхней губой можно было бы даже назвать приятным, кабы не беспокойные глаза, живущие отдельной жизнью от хозяина. Такие, словно обшаривающие тебя, зрачки Михаил видел у московских босяков. Человек в казакине сказал что-то верховому. Тот спешился, бросил поводья кому-то из хлопцев и вразвалочку пошел на сцену.

– Спокойно, громадяне! – провозгласил он оттуда. – Батька Махно зараз з вамы будэмо бачить запорижцев…»

По приказу Махно Миша Шолохов и его труппа продолжили свой спектакль перед Батькой и его бандой.

«Михаил задернул занавес из бабьего ситца и побежал в артистическую собирать свою забившуюся по углам труппу:

– Вы чего, казаки? Надо играть, а то они нас зараз всех постреляют! Это ж зверье! Там сам Махно сидит со шмарами своими! Пошли! Следующая сцена – пробуждение Тараса!».

Как описывает автор, Махно принял участие в спектакле: делал свои реплики по ходу сценария. Спектакль махновцам понравился, а сам Батька произнес слова: «Пьеса добрая» и дал артистам денег за игру. В свою очередь Миша думал: «Господи, выйти бы отсюда живым!» Андрей Воронцов несколько раз показывает страх Михаила, его боязнь быть убитым махновцами.

Описание диалога между юным Шолоховым и Махно занимает несколько страниц. Говорят о политике, государстве, верхнедонском восстании, масонах… Такое впечатление, что Махно больше не с кем говорить, как только с этим юным, дрожащим от страха артистом, за которым уже приходили отец и мать. Да и что он мог знать об этом в свои годы и со своим образованием?

Махно предлагает Шолохову:

«Хочешь, поставлю тебя начальником культпросвета? Это большая честь, войдешь в историю вместе с батькой Махно. Будет у тебя все, что пожелаешь. Часы тебе подарю, маузер. А так – пропадешь в своей Каргинской. Что здесь делать – старых пердунов да сопливых детишек в клубе забавлять? Ну, согласен?»

Но Миша Шолохов уже осмелел и ответил отказом. Тогда Махно прогнал его, сказав:

«Скажи спасибо, что годов тебе еще мало, а то бы и слушать не стал. Но запомни: не хочешь у нас работать, не будешь и у красных. Отныне – никаких большевистских театров. Я ведь не навсегда ухожу. Вернусь еще. Узнаю, что не выполнил зарок, пощады уже не жди. Скройся с глаз».

Затем Мише дают чарку стременную и отпускают домой.

В 1999 году в Воронеже вышли в свет рассказы Вячеслава Дегтева. Один из них – «Приговоренный» – посвящен встрече Михаила Шолохова с Махно. Автор не дает нам ссылок на какие-либо документы, а поэтому мы не можем судить: основан рассказ на реальных событиях, либо у его создателя бурная фантазия.

Место встречи Шолохова и Махно – хутор Ногайский. Но такого в Верхне–Донском округе отродясь не бывало. Взвод красноармейцев-чоновцев вместе с Михаилом попал в плен к махновцам, и их допрашивал сам Батька. Вместе с красноармейцами он копает себе могилу и стоит в одной шеренге с ними при расстреле. Но почему-то пули не летят в него, хотя весь взвод расстрелян. Разгадка в том, что Батька обнаружил в холщовой тряпочке роман «Тихий Дон» (!), написанный мальчишеской рукой. Пока шел расстрел, Махно его прочитал. Мишку приводят в хату. Здесь и состоялся разговор:

«– Ты покойник – и только! Ты расстрелян, щучонок, – хочешь, справку выдам?.. потому ты не должен ничего бояться – и только. Ни-че-го! Ты талантлив. Ты очень талантлив, слышишь? Я... я… когда читал – и показывает на Мишкину тетрадь. – В общем… потому и оставил тебя. Ты должен написать потомкам правду – и только! Все, как было – слышишь? Правду! Только правду, щучонок!

– Напишу! – Мишкин голос по-мальчишески звенит».

Далее Махно инструктирует юного писателя, о чем ему следует написать в романе. А в это время махновцы закапывают могилу Мишки.

«И показалось вдруг Мишке, что и в его могиле кто-то лежит…»

Батька требует, чтобы Мишка поклялся, что исполнит обещание.

«– Клянусь! – сквозь горючие слезы пролепетал Мишка, перекрестился и поцеловал образ старинного строго письма, поданный ему батюшкой.

– Вот и хорошо! Вот и прекрасно! – сказал батька и протянул Мишке его патронный подсумок с затертой на сгибах тетрадью. Живи! Но помни, щучонок: жизнь подарена не тебе, а таланту твоему светлому. – Вот! – указал он на свернутую в трубку тетрадь. – Я, когда читал, я… я… – он махнул рукой и вышел из хаты».

После этого махновцы с песнями покинули хутор.

Писатель Василий Воронов в своей книге «Юность Шолохова» также обращается к встрече Шолохова с Махно, пытаясь умело молотить позапрошлогоднюю солому в надежде добыть «рациональное зерно».. Однако эпизод этот краткий и свет на истину также не проливает.

«30 января 1980 года в разговоре с М.А. Шолоховым в его доме в станице Вешенской Н.А. Булавин (в те годы – первый секретарь Вешенского райкома партии -  А.Ж.) спросил писателя, приходилось ли ему встречаться с Махно.

– Как же, – отметил Михаил Александрович. – Допрашивал меня…

– Какое впечатление он произвел на вас?

Шолохов усмехнулся, пригладил усы. Пыхнул сигаретой.

– Невзрачная личность. Любил окружать себя анархами интеллигентствующими…

– Какая же у него цель была?

– Никакой. Оргии. Кружили тут по хуторам, лавчонки сельповские грабили…

– Какое войско у него было?

– Хорошо вооруженное. Рейды совершали по всем правилам. Впереди разведка. Конница, пехота. Передвигались на ходах…»

Этот рассказ Шолохова не дает нам никаких сведений о реальной встрече писателя с Махно, в нем звучит ирония и повторение общеизвестных истин о банде. Более того, нужно ли было с таким вооружением и силами идти грабить сельповские лавчонки, в которых в то время и взять-то было нечего: вокруг разруха.

О том, как реагировал Михаил Шолохов на трактовку Василия Воронова о встречах писателя с Махно, передает бывший первый секретарь Вешенского района П. Маяцкий в своей книге «Колокола памяти»:

«Донской писатель Василий Воронов, не раз бывавший у М.А. Шолохова в последние годы его жизни, рассказывал об одной из поездок в очерке «Зимний день в Вешенской».

– Читал твой очерк в «Огоньке», – Михаил Александрович повернулся ко мне, медленно, с растяжкой произнося слова, точно взвешивая и выверяя точность каждого из них, – Понравился… Написал свежо, с юношеской непосредственностью. Но там есть ошибка одна. Боя с махновцами под хутором Коньковым не было. Нас без боя в плен взяли. Пятьсот человек. Разоружили, и сразу митинг был, через тридцать минут. К себе вербовали. Почти весь полк перешел…»

Но и тут не ясно, что делал Михаил Шолохов в 15 лет в полку, и почему полк не оказал никакого сопротивления махновцам и без боя сдался? И что стало с теми, кто не перешел на сторону Батьки? И какую сторону принял сам будущий писатель? С кем он остался: с махновцами или с теми, кто не перешел? Да и что это был за полк? И почему в своей биографии писатель никогда не коснулся этого эпизода? Где «сослуживцы» Шолохова по полку, почему никто ни разу не откликнулся и не рассказал о пленении будущего великого писателя? Может быть, и этот рассказ не отражает действительность?

И все же сам Петр Маяцкий в этой же книге, но уже в другой новелле, повторяет «избитый эпизод»:

«Во время работы в продотряде под хутором Коньковым Шолохов попал в лапы махновцев. Допрашивал сам Нестор Махно, и не расстрелял лишь по молодости лет, пообещав при повторной встрече вздернуть на виселицу».

Был ли этот эпизод написан до приведенного выше разговора Михаила Шолохова с Василием Вороновым, или Петр Маяцкий не «решился ломать» традицию?

И все же во всех представленных рассказах есть и общее: Михаил Шолохов – смелый и находчивый пятнадцатилетний юноша, который не боится самого Махно, не смотря на гибель своих товарищей.

Вот так и создается образ народного героя периода гражданской войны. А это было выгодно писателю. Это притягивало читателей к его героической личности, создавая ореол бесстрашного борца за новую жизнь на Дону. По этому поводу точно сказал Г. Сивоволов:

«Вполне возможно, что есть и другие варианты описания «пленения» махновцами Михаила Шолохова, его поведения на допросе у Махно. Скажем прямо: до сегодняшнего дня еще ни один человек не объявился и не сказал, что он был очевидцем пленения Шолохова и его поведения на допросе у Махно».

Г. Сивоволов приводит аргументы «за» и «против» встречи Шолохова с Махно:

«Ради установления истины спросим: зачем Нестору Махно тысячи пудов хлеба, когда собранный по продразверстке хлеб он сам реквизировал и раздавал тем, кто его выращивал, – хлеборобам? Даже если у Махно в наличии было три сотни тачанок, сколько же мог он погрузить на них хлеба и куда везти. Хлеборобам Украины?!

Далее. Зачем Нетору выпытывать, где у казаков хранится семенной овес (это в сентябре-то!), когда его хлопцы из-под земли его найдут?

Об изъятии у населения продуктов и одежды. Что было, то было. Самообеспечением занимались и регулярные части красных: кормить и одевать красноармейцев надо?

О насильственной мобилизации…: к Махно шли хлопцы добровольно и уходили, не спрашивая его.

И последнее: своих идейных противников Махно не вешал и не грозил повесить, для это достаточно было одного патрона. Ведя за собой шеститысячное войско, Махно вряд ли сам стал бы допрашивать случайно задержанного подростка.

Нестор Иванович Махно безусловно был одаренной личностью. И было бы несправедливо рисовать его волосатым бандюгой со свирепой мордой и угрожающим взглядом, в пьяном угаре танцующим с гармошкой в руках».

Интересна аргументация А.Н. Андреева:

«И даже такое утверждение, которое я записал на магнитофон на литературном вечере памяти М.А. Шолохова (20 марта 1997 г.): «Чушь! Вздор! Не было такого, что Махно поймал Шолохова. Зря Михаил Александрович дал согласие на такую легенду. Махно вообще не было на Дону!» Читаю «Тихий Дон» – здесь засвидетельствовано (и ведь сам же Семанов считает роман «историческим источником»): «Махно действительно появлялся в пределах Верхне-Донского округа. Под хутором Коньковым в коротком бою он разбил пехотный батальон <…>». (ч. 8, гл. V)».

Рассматривая варианты встречи юного Михаила Шолохова с Нестором Махно, В. Петелин приходит к выводу:

«Официально, в документах, не зафиксировано ни одного упоминания, в каких же «разных переплетах» бывал Шолохов. К. Потапов, близко знавший Шолохова, живший подолгу в Вешенской и расспрашивавший писателя, уточняет: пятнадцатилетний Шолохов, служащий ревкома, добровольно вступает в продотряд, сначала рядовым продармейцем, потом пулеметчиком, инспектором…

И К. Прийма, и К. Потапов, и другие вспоминают о пленении, конечно, со слов самого Шолохова, как о факте такого столкновения, а вот «беллетризация» этого факта, конечно, на совести писавших об этом. А то, что никто не вспомнил об этом эпизоде, тоже не может свидетельствовать о том, что этого эпизода не было.

Шолохов с сентября 1920 года жил в Каргинской, когда Махно ее занял со своим шеститысячным отрядом и пробыл в ней два дня. По сведениям Г. Сивоволова, банда Махно не чинила в Каргинской ни стрельбы, ни насилия. Под Боковской махновцы потеряли атамана Гаркушу, сраженного красноармейской пулей, в Каргинской его хоронили: «На второй день махновцы плотным кольцом из пулеметных тачанок и всадников оцепили кладбище. Сам Нестор Махно приехал на тачанке и, пока могилу не засыпали землей, хмуро смотрел вниз; с тачанки не слезал, но и не уезжал.

На кладбище собралось много зевак, молодых и старых. Всякое видевшие на своем веку казаки были потрясены, увидав, как у Гаркушева коня, стоявшего у края могилы под седлом и покрытого до земли черным бархатом, слезились глаза»…

Легко предположить, что непоседливый и жадный до впечатлений Михаил Шолохов был среди молодых «зевак» во время этих похорон, мог и обратить на себя внимание грозного атамана. А могло быть и по-другому…»

Одно ясно: если бы встреча с Махно была при трагических для будущего писателя обстоятельствах, то это непременно было бы известно в ближайшем родственном окружении Михаила Александровича. Старшая дочь писателя – Светлана Михайловна Шолохова поведала, что отец никогда не рассказывал ничего подобного, тем более не называл никакого хутора. При каждом новом своем «пленении» он усмехался и говорил: «Пусть фантазируют». Больше всего ему нравился эпизод, когда его расспрашивал Нестор Махно в хате в присутствии добросердечной хозяйки. На вопрос же любопытных, как он попал в плен, Шолохов отвечал, со слов Светланы Михайловны, что плена не было, просто он заблудился и зашел в одинокую хату попросить воды выпить, дверь открыл, а там – Махно! Да еще со своей женщиной. Они были в хорошем настроении, выпивали, а потому и отпустили его домой. Но где это было, когда и кто была хозяйка хаты, он никогда не говорил. Была ли доля правды в этом рассказе или это очередная фантазия, но уже рассчитанная на собственных детей, напоминающая сказку с добрым концом?

Из представленных материалов ясно одно: не было боя, не было хутора Ногайского, не было расправы, допроса, угроз со стороны Махно, продотряда и обозов с хлебом, красноармейского полка чоноцев. Был подросток, который «нечаянно» встретился с Махно и его женщиной в безымянном хуторе, состоящем из одной хаты, без охраны Батьки, что весьма маловероятно.

Что касается эпизода, представленного А. Воронцовым, то он вообще занимает особое место в ряду «встреч Шолохова с Махно» и представляет собой новую ветвь в старой тематике.

Но если допустить эпизод встречи Шолохова с Махно, то придется считаться со следующими аргументами:

Первое. О Несторе Махно и его армии на Дону.

Нестор Иванович Михненко (1889, с. Гуляй-Поле Екатеринославской губернии – 1934, Париж). В 1906 году вошел в организацию анархистов-коммунистов «Союз бедных хлеборобов». Дважды подвергался аресту. В 1910 году за убийство чиновника военной управы приговорен к смертной казне, но помилован П.А. Столыпиным, так как на момент совершения преступления ему до совершеннолетия (21 год) не хватало полгода. Смертная казнь заменена на бессрочную каторгу в Бутырской тюрьме в Москве. Здесь анархист П.А. Аршинов впервые познакомил Махно с теорий анархизма. В тюремной больнице в связи с чахоткой у него было удалено одно легкое.

Освобожден Февральской революцией 1917 года. Вернувшись в Гуляй-Поле, сформировал отряд «Черная гвардия», провозгласив «помещичьи, монастырские и государственные земли общественным достоянием».

Был избран главой Комитета спасения, выступал против Временного правительства и Учредительного собрания. Октябрьскую революцию принял благосклонно. Боролся против Центральной Рады Украины.

Весной 1918 года Махно встречался с П.А. Кропоткиным, Я.М. Свердловым, В.И. Лениным. Они произвели на Махно большое впечатление. Однако Махно обвинил Ленина в разгроме анархистских организаций Москвы.

В сформированной Махно армии, которая к ноябрю 1918 года насчитывала около 18 тыс. человек, воевали представители практически всех национальностей, населявших южную Украину.

После поражения гетманщины воевал с С.В. Петлюрой, соединившись в 1-й Заднепровский дивизии с отрядами П.Е. Дыбенко.

В ответ на действия большевиков по внедрению продразверстки и организации колхозов на территориях, освобожденных от белых, Махно в феврале 1919 г. заявил:

«Если товарищи большевики идут из Великороссии на Украину помочь нам в тяжелой борьбе с контрреволюцией, мы должны сказать им: «Добро пожаловать, дорогие друзья!» Если они идут сюда с целью монополизировать Украину, мы скажем им: «Руки прочь».

В апреле на III Гуляйпольском съезде Махно заявил, что Советская власть изменила делу революции, а компартия узурпировала власть и оградила себя чрезвычайками. В июне Махно был объявлен Советской власть вне закона.

Осенью снова заключил союз с большевиками, совершив рейд по тылам белой армии и подойдя к ставке А.И. Деникина в Таганроге. Вновь объявлен вне закона после отказа подчиниться приказу И.В. Сталина выступить в Польшу.

«Полагая своей задачей защищать деревню от города, ликвидировать эксплуатацию крестьян кем бы то ни было и установить «истинно народную власть», Махно боролся против всех властей и режимов, возникавших во время войны. Он участвовал в борьбе против П.И. Врангеля, но надеялся, что Советская власть будет воевать с ним за «свободные Советы». Борьба против «большевисткой диктатуры» завершилась летом 1921, когда с остатками своих людей Махно бежал в Румынию, а оттуда в Польшу. Советское правительство потребовало выдачи Махно. После суда над Махно в Польше он был оправдан и в 1924 году уехал в Германию, потом во Францию. Будучи серьезно болен, существовал преимущественно на пожертвования анархистов. Оставил трехтомные мемуары».

В тоже время Ю. Галкин в «Сборнике документов о гражданской войне в Донском крае, на Кубани и Приазовье в 1920-1921 гг.» приводит данные,ссылаясь на книгу В. Ахинько «Нестор Махно» (изд. «Фолио», Москва, 2000 г.), что «израненный Махно с женой Галиной и оставшимися при них соратниками переправляются через Днестр и покидают родину» 6 сентября 1921 г.

Вообще же, данные о проникновении банды на территорию Донской области и ее действиях на Севере области, в частности, разнятся. Вплоть до противоречащих друг другу. Постараюсь, в свою очередь, проследить эти события на основе официальных документов.

В сентябре 1920 года на границе Верхне-Донского округа впервые появились конные разведчики отряда Махно, направлявшегося на Украину.

20 сентября была занята станица Краснокутская. В район станицы Боковской был срочно выдвинут отряд вешенской милиции.

21 сентября банда вошла в соприкосновение с разведотрядом милиции и 204-м Сердобским полком 1-й Донской дивизии близ станицы Боковской. В коротком бою полк был разгромлен.

«Малочисленная, безлошадная, плохо вооруженная, не спаянная крепкой дисциплиной, окружная милиция не могла выполнять возложенные на нее задачи по охране порядка и соблюдения законности и, тем более, не была способна оказать какое-либо сопротивление продвигающемуся вглубь округа многотысячному и хорошо вооруженному отряду Махно...

С часу на час ждали появления Махно в станице Каргинской.

Накануне с утра в исполкоме уже кипела работа: отбирали наиболее ценные и важные документы, папками увязывали в мешки и уносили – закапывали во дворе, несли в камыши на другой берег Чира...

22 сентября Махно занял станицу Каргинскую.

Перед этим на рысях по улицам станицы проскакало несколько разведчиков Махно. Убедившись, что в станице нет воинских частей, и ничто им не угрожает, они так же неожиданно исчезли. Вскоре со стороны хутора Латышева черной ратью, поднимая столбом пыль, на станицу двинулся отряд батьки Махно. За околицей, возле Кирюшкиного ветряка, огромным цыганским табором остановились его тачанки с пулеметами, повозками, конные и пешие. Кругом гвалт.

Прибытие в станицу банды, несмотря на то, что ее ждали с часу на час, вызвало настоящий переполох. Станичный исполком, станичную милицию как ветром сдуло. Председатель Федор Чукарин, исполкомовцы, продработники, комсомольцы бросились за Чир в левады и непроходимые терновники в слободке...

Вопреки слухам и утверждениям руководителей, насилия и стрельбы не было. Люди стали выходить из дворов – полюбопытствовать, зачем махновцы пожаловали в станицу...

На мельничном дворе у кирпичных сараев с хлебом, собранным по разверстке, прикладами сбили замки. Выглядывавшим из дворов жителям сказали: «Это ваш хлеб. Забирайте!»...

В ночь на 23 сентября в сторону Вешенской Махно выслал конную разведку, но идти на нее не захотел. Он явно торопился».

Из анализа официальной сводки видно, что население станицы Каргинской находилось в ожидании прихода банды легендарного Нестора Махно. Поэтому встает закономерный вопрос: о каком спектакле могла идти речь в это время, будь то в постановке юного Шолохова, либо любого другого автора? Конечно, всегда остается вероятность... Вполне возможно, что постановки проходили специально, дабы отвлечь населения. В тоже время, известно, что у Махно всегда была большая разведгруппа, высылаемая на некоторое расстояние вперед. А как же тогда остались незамеченными 6 тыс. человек? Почему банда вошла в станицу Казанскую, не привлекая внимания, обнаружив себя лишь только в здании театра?

Так же выглядит, по меньшей мере, смешным приглашение Нестором Махно 15-летнего Миши Шолохова начальником его Культпросвета. Известно, что в 1919 г. этот пост занимал Всеволод Волин (он же редактор газеты «Набат»). Человек в возрасте. В 1920 году им стал Петр Аршинов, автор книги «История махновского движения (1918-1921)». Ему было, конечно же, больше 15 лет! Безусловно, умственные способности зависят далеко не от возраста. Тем не менее, видно, что батьку окружали такие же, как и он сам, интеллигенты, отдающие себе отчет, с высоты прожитых лет, в своих политических, культурных и иных взглядах.

В Каргинской Махно похоронил своего боевого атамана Гаркушу, сраженного красноармейской пулей.

На следующий день Махно выступил из Каргинской. Путь держал на хутор Нижне-Яблоновский. Затем – на слободу Кашары, станцию Чертково. Здесь под пулеметным огнем двинулся на Украину.

Вешенский краевед А.П. Грибанов, сам участник Гражданской войны и непосредственный свидетель описываемых событий, писал о действиях банды Махно летом 1920 года:

«Летом 1920 года на территории Верхне-Донского округа появилась банда Махно. Его появление на северном Дону было вызвано неудачами в боях с красными на родине этого матерого бандита Украины. Есть основания считать, что Махно надеялся пополнить поредевшие в боях ряды своей армии за счет казаков, участвовавших в Вешенском белоказачьем восстании 1919 году. Банда имела в своем составе пехоту на тачанках, кавалеристов и артиллерию. Большая подвижность позволяла этой крупнейшей банде времен гражданской войны на территории Советского Союза, совершать рейды по всей Украине и даже выходить далеко за ее пределы.

В Боковской станице махновцы неожиданно напали на пехотный полк Красной Армии. Этот полк, идя навстречу банде Махно, передвигался на обывательских подводах. В Боковской он остановился на дневку, расположившись на окраине станицы. На случай неожиданного нападения махновцев сотни обывательских повозок были расставлены для круговой обороны. Быки были загнаны внутрь этой «крепости». Махновцы напали днем. Их огонь из винтовок, пулеметов и орудий наносил большой урон среди бойцов полка и подводчиков. Их полк стойко оборонялся. Однако через некоторое время сотни быков от жары, разрывов снарядов и ранений обезумели. Сорвавшись с привязи, они, как бешеные носились по замкнутому кругу, внося беспорядок и растерянность в рядах обороняющихся. Давя красноармейцев и подводчиков, они ринулись через линии повозок и прорвали замкнутый круг обороны. Исход боя был предрешен. Оставшихся в живых красноармейцев разули, раздели и выстроили в поле в длинный ряд. А затем озверевшие махновцы продемонстрировали на живых красноармейцах «учебную рубку лозы». После ухода махновцев погибшие красноармейцы были похоронены на окраине станицы Боковской.

По своему зверству в Боковской махновцы превосходили все мыслимое. Вот что видела жена автора очерка, жительница станицы Боковской в тот день. Один боковский коммунист перед приходом банды успел уйти из станицы, но там остался его шестилетний сын. Кто-то из недругов успел сообщить о нем махновцам. По этому доносу во двор пришли два бандита. Задав ребенку несколько «наводящих вопросов», они сказали, чтобы он шел с ними. Когда мальчик первым пролезал низкий лаз в плетневой изгороди, один из махновцев шашкой развалил его надвое. Второй удар уже не был нужен. Рассмотрев и профессионально обсудив дело своих рук, бандиты со смехом ушли со двора, оставив труп разрубленного ребенка висеть на плетне».

Мы располагаем рядом документов, проливающих свет на события того времени.

Протокол № 6 заседания пленума Донкома 15 августа 1920 г.:

«СЛУШАЛИ:

3. Положение в связи с Назаровщиной, Махновщиной в 1-ом Донском, Сальском и Донецком Округах.

«…Назаровщина вела себя крайне дисциплинированно, стараясь отпуском на свободу советских работников и отсутствием репрессивных мер расположить к себе население. Население оставалось в выжидательском положении.

Рассчитывать, однако, при более серьезном контр-революционном движении, нежели Назаровщина, не приходится; даже во время назаровщины были попрятаны лошади и телеги.

В западной части Донецкого округа угрожает Махновщина (тесно переплетенная с казачеством). В большинстве случаев махновцы уничтожают продовольственных агентов. В северной части Округа группируются дезертиры Воронежской губернии, которые пока к активным операциям не приступают, упражняясь в конокрадстве.

ВЫВОДЫ: Необходима при милиции организация конского отряда».

28 сентября Мурзов телеграфирует Донпродкомиссару о тяжелых условиях работ продармецев в ст. Вешенской в связи с налетами банды Махно:

«В связи с набегами банд Махновцев создалось положение неизвестности ссыпных пунктов станиц правой стороны Дона и Манычской, погибло много агентуры и продармейцев. Вся работа разверсток затормозилась. Эвакуировались все организации, в том числе окрпредком. Снова возвращается из ст. Шумилинской обратно скот три гурта, направили в Лиски Окрпродкомарм 2. Один гурт пропал без вести, есть слух, что захвачен бандитами. Желательно Вас по прямом проводу. Я в Вешках все время».

В 1921 году банда Нестора Махно вновь появилась на территории Донской области, что большой сложности не составляло, да и граници никем не охранялась.

Приведу лишь некоторые эпизоды, собранные краеведом Ю. Галкиным:

«20 июля

Утром 20 июля от войсковой разведки получено сведение, что банда Махно (200-250 сабель, 5 тачанок, 3 пулемета) 18 июля не выдержала боя у балки Дуванной с укрчастями, бежала и переправилась вплавь через Северный Донец у Б.Суходол и около 22 часов заняла Уляшкин, где пробыла 19 часов. Население х. Уляшкин при появлении Махно спряталось в лесах и балках. 19 июля, когда (очевидно, заметив движение красных частей или получив эти сведения от своих агентов), банда двинулась на Нижне-Грачинский с намерением двигаться на север и далее в район ст. Вешенской. Ввиду этого, части дивизии были повернуты на север. 13 полку приказано двигаться через Чеботовский-Красновский на Малчевская (цель-движение прикрывало Донобласть), во время движения вести разведку и при обнаружении банды, свернуть с указанного маршрута по собственной инициативе и, не дожидаясь приказа, энергичным ударом смять и уничтожить. Кавполку выбросить немедленно один эскадрон в погоню за бандой с задачей сесть на хвост бандитов, не давая им ни минуты покоя, с остальной частью полка перейти в Свиногеев. Комбригу 5 перебросить 14-й полк из Стрельцовки в Малчевскую (приказ дивизии № 00238 от 20.07. 11 час 5 мин) 18 часов принят приказ СКВО о переброске 14-го полка в Городище (приказ № 009/оп/с). Во исполнение сего было дано изменение маршрута 14-му полку, которое ему было передано в пути. В 21 час 30 минут полештадив с начдивом выехал на двух легковых автомобилях с одним пулеметом для непосредственного руководства».

И далее:

«27 июля

1. Банда Махно в 7 часов 20 минут ушла из с. Лопатинский (ночлег) на Колодезной-Березняги, 22 версты севернее Казанская, и к ночи достигла Годящий, 23 версты северо-восточнее Богучара.

2. 14-й полк перешел Казанская, откуда в 20 часов выслал разведку на Песковатский, 15 верст восточнее Березняги.

Кавполк дивизии вышел на переправу через реку Дон Казанская-Мигулинская-Красноярский (рассчитывая на возможность отпора банде со стороны частей Тамбовского командования и Вешенского окрвоенкома). 15-полк - Дегтево, 13-й полк – Великоцкое.

28 июля

1. Банда Махно в 7 часов 28 июля пошла из Годящий на Ново-Богородицкое, но, не дойдя до этого пункта, повернула на юг и 9-10 часов якобы занимала Дедово-Глубокая, 15-18 верст северо-западнее Казанская, где имела намерение переправиться на правый берег реки Дон.

С момента движения Махно на Ново-Богородицкое он был утерян нашими частями, сильно отставшими ввиду того, что положение запутывалось только что пришедшей в тот же район (сутками раньше) банды Сычева и болтавшейся там же банды местного происхождения Курочкина. По данным разведки действия банд Махно и Сычева были объединены на день-два. Далее они разъединились.

2. а) Начдив с полештадивом выехал для личного руководства операцией в Чертково куда прибыл в 2 часа 15 минут 28 июля. Ночью же был отдан приказ 14-му стрелковому и кавполку преследовать Махно, не считаясь с границами Донобласти и усталостью. В связи с определившимся за 27 июля движением Махно на запад 15-му полку приказано перейти в Богучар через Журавка и по пути вести разведку на восток и северо-восток. Вешенскому окрвоенкому приказано, оставив в Вешенской заслон, выбросить имеющиеся силы на северо-восток Н.Дударев, Солоновский, где соединиться с нашими частями для совместных действий. Отряду тов. Балаканова было приказано (находящийся в Казанской) переброситься на Матюшинский, 12 верст севернее Казанская, в виде левого бокового отряда наших частей. (Впоследствии это приказание начдива окрвоенкомом не было выполнено и все отряды были оттянуты в Вешенскую)».

Тем временем, Банда Нестора Махно продвигалась дальше… Движение ее, на первый взгляд было непредсказуемо. Или так казалось.

«30 июля

1. Банда Махно после ночевки в Дубровском в 10 часов сделала налет на Вешенская, но выбитая оттуда поспешно отошла на х. Черновский, 15-18 верст севернее Вешенская, и, обстрелянная нашими частями, двинулась на Н.Дударев, но, не дойдя до него, повернула на Солоновский и далее Морозов, где в 22 часа столкнулась с нашим кавполком и двинулась на Солоновский, 12 верст восточнее Казанская.

2. 14-й полк двумя батальонами с взятой на Казанской конразведкой полка, выяснив в Еремин движение Махно, пустил за ним второй батальон на свежих подводах, последний, соединившись с отрядом Вешенского окрвоенкома, выбил Махно из хх. Черновских и один продолжал его преследование (Вешенский отряд был возвращен). Два других батальона полка (3-й батальон присоединился к полку) во главе с командиром полка, получив сведения о движении Махно после Вешенской на север, продвинулся на линию Быковский-Н.Дударев. Одновременно комполка 14 передал сведения о движении Махно на север от Вешенская.

Кавполк, получив приказание начдива о возвращении от Бычек в район Мигулинской (приказание было отдано в момент движения Махно на Вешенскую), двинулся по большой дороге на Матюшинскую, но, получив сведения о Махно от комполка 14, повернул на восток и в районе Морозов в 22 часа неожиданно наткнулся на банду. После короткой схватки (банда приняла бой и сама пошла в атаку), банда поспешно повернула на юг и полк, преследуя ее ночью, достиг Солоновской.

Самолет, высланный по маршруту Чертково-Сетраковский-Казанская-Н.Дудурев-Красноярский-Журавка-Чертково никаких сведений не привез.

31 июля

1. Банда Махно около полудня переправилась через Дон у Базковской, 4 версты юго-восточнее Казанской и, пройдя через Федоровский, к вечеру перешла в Калмыков, 20 верст юго-западнее Мигулинской.

2. 14-й полк, получив сведения о движении Махно, после боя с кавполком к переправам, начал сосредотачиваться в Казанской. Кавполк выдвинул один эскадрон в Стоговский, 6 верст южнее Казанская, сосредоточивается в Базковской. Самолет, высланный в район действия южной группы, вынужден был из-за порчи мотора снизиться и работать далее не мог, обе машины автопульвзвода чинились в Казанской».

Интересны и выводы, которые мы можем прочитать в опубликованном документе за подписью начальника штаба 2-й Дондивизии Сперанского.

Цитирую:

«Выводы

1. При разборе действий банды Махно обращает внимание его зачастую поразительный по точности осведомленность о движении наших частей и отрядов во время нахождения его в северной части Донобласти. Не безынтересно отметить два случая: первый - переход Махно желдороги через разъезд Зориновка в ночь на 24 июля. Обстановка, при которой он был совершен, говорит за то, что Махно было точно известно прохождение разъезда бронепоездом № 43; банда выждала, когда поезд ушел на юг и спокойно двинулась к разъезду и после разгрома станции и эшелона № 510, пользуясь темнотой ночи, ушла без потерь, так как бронепоезд, вскоре вернувшийся, не мог ей, отошедшей хотя бы на полторы-две версты, причинить вреда; второй - переход желдороги южнее разъезда Маньково в ночь на 3 августа. Банда, сосредоточившись в лесу, в полутора верстах, не доходя желдороги, выждала прохода бронепоезда № 43 и шедшего вслед за ним поезда № 3 (с вагоном командующего войсками), перешла желдорогу между этими поездами и отставшей бронелетучкой № 2. Двигаясь дальше по балкам, банда к рассвету пришла в Великоцкое. Смелый выбор последнего пункта вблизи от баз (Чертково) и желдороги говорит за то, что Махно был осведомлен о том, что Великоцкое красными частями не занимается и что в Черткове нет частей, которые могли бы быть ему опасны. Эти сведения и сведения о движении бронепоезда, как после выяснилось, Махно получил от того железнодорожника, который и провел банду ночью в Великоцкое. Движение банды на Великоцкое по балкам дает возможность предполагать, что Махно учитывал возможность высылки из Чертково по дорогам на юг отряда и разведпартии (что и было на самом деле сделано), так как знал, что движение его в район Шептуховка-Новоселовка в Чертково известно (от какого-то железнодорожника). Содействие жителей в указании банде малоизвестных дорог и балок, дающих возможность двигаться кратчайшим путем и укрываться, можно было наблюдать очень часто.

2. а) Связь и управление действующими частями С момента удаления действующих против Махно частей от желдороги связь была живая, но с постепенным удалением частей ухудшилась и только с подходом к Казанской немного наладилась по правительственным проводам, несмотря на наличие последних, была все же неудовлетворительная по следующим причинам: донесение из Казанской должно было передаваться в Вешенскую и оттуда Богучар-Воронеж, а затем уже в Чертково. В проводе, идущем на Кантемировку-Богучар-Казанскую, несмотря на категорическое требование начдива, Воронежским Угубом было отказано. Вследствие этого донесение в полштадив и приказание начдива передавались с крайним опозданием, когда обстановка успевала уже сильно измениться и действия частей фактически оставались на инициативе командиров полков.

б) Объединенность действий частей соседних участков оставалось в области пожеланий. Попытки связаться с Тамбовским командованием не привели к положительным результатам. Ориентировки и запросы о дислокации, действующих в смежных районах частей Тамбовкомандования не удавалось передать даже штабу СКВО.

в) Применение приданных дивизии технических средств. Авиотделение: использование самолетов для разведывания и боевого действия против банды Махно провести не удалось. Один самолет «Сепвич» прибыл летом в Чертково в 21 час 28 июля, но ввиду, что база авиотделения прибыла только ночью и площадка для спуска самолета не была подготовлена - летчик, снижаясь, был вынужден сесть при крайне неудобных условиях и сломал шасси. На следующий день, 29 июля, самолет чинился (кроме поломки шасси у него оказалась течь в бензиновом баке). Утром 30 июля самолет был выслан на разведку, но сведений о банде и наших частях не привез. 31 июля самолету было поручено вылететь в район действий частей, преследовавших Сычева, и он, долетев в район Маньково- Березово-Селивановка, опустился из-за порчи мотора, летать больше не мог и впоследствии был доставлен в Морозов, оттуда желдорогой направляется в Ростов. Вторая машина, вышедшая 2 июля из Ростова, долетела до Тарасовки и при посадке так же из-за неудобной площадки поломала шасси и она, не успев быть использованной, была желдорогой вместе с базой отправлена в на восток и в район предполагавшихся совместных действий, вероятно, прийти опоздал бы, и только случайно столкнулся с Махно у Морозова).

Изложенное приводит к следующему решению: дабы добиться наибольших результатов по уничтожению крупных банд необходимо установить определенную более или менее постоянную дислокацию за своими участками, прочно связавшись между собой и иметь боевую часть достаточной силы, готовую в любой момент быть выдвинутой против приближающейся банды. Вместе с тем, в северо-западной части Донобласти, как в наиболее излюбленном районе появления кочующих крупных банд, иметь легкий подвижный отряд (примерно 150 штыков на подводах и 100 сабель во главе с энергичным, смелым и опытным командиром) и крайне желательно предоставление отряду права замены лошадей и получения зернофуража из встречающихся по пути продскладов, продмагов и ссыппунктов, так как, в конечном итоге, установленная квитанция командира отряда на необходимое для консостава зерно стоит разграбления бандой всего ссыппункта, продсклада или продмага и истребления лиц, занятых продработой. Придание такому отряду автобронечастей очень желательно при условии их исправности и обеспеченности запчастями и резиной, так как в противном случае они превращаются в обузу для отряда, вынужденного ожидать починки машины в дороге или бросать ее, но район действий авточастей всецело зависит от характера и степени удаления от своих баз.

Командиру этого отряда должна быть точно известна дислокация всех боечастей и его задача (ввиду непринятия обыкновенно бандами боя) будет сводиться к тому, чтобы неотступно преследовать банду, не давать ей отдыха -заматывать ее и по возможности сбивать к пунктам, занимаемым нашими частями. Таким образом, наши крупные части будут выдвигаться только для встречи банды и боковых ударов по ней. Такой выход должен дать более реальные результаты по уничтожению банд и вместе с тем освободить полки от постоянных гонок за бандами состязаться с коими в быстроте полки не могут, и. изматывая себя, лишь постепенно теряют вид управляемых регулярных частей, приближаясь по духу и виду к партизанским отрядам.

Выход частей за пределы Донобласти вообще не желателен, помимо указанных причин и еще потому, что части отрываются от штабов управления, наблюдения и снабжения, не имея возможности вести внутренний систематической работы.

Начальник штаба 2-й Дондивизии _____ Сперанский».

Итак, можно уверенно сказать, что Нестор Махно действительно был на территории Донской области и в районе станиц Боковская-Вешеская-Мигулинская-Казанская, в частности. Как в 1920, так и в 1921 году, о чем свидетельствуют и карты бандитизма, и официальные документы Советской власти, и воспоминания жителей этих станиц. Для наблюдения за бандой даже применялась авиация.

Второе. Эпизоды, связанные с Нестором Махно и его деяниями в Верхне-Донском округе.

Рассказы о пребывании Нестора Махно в хуторах и станицах Верхнего Дона передавались из уст в уста, быстро распространяясь по округе. Некоторые из них были записаны очевидцами и переданы в областной архив. Такую запись сделала 9 июня 1925 года и жительница станицы Милютинской Ксения Попова:

«В 1921 и 22 году тоже много приходилось переживать от банд Махно и других, которые нападали просто врасплох. Например, Махно приехал отряд в чел. 500 ночью час. 12 (мы еще про эти банды ничего не знали в 1921 г. августе). Братья наши служили: первый в Ставропольской губернии продагентом второй на хут. верстах в 7 от Милютинской (х Терновой), маленький брат лет 14 и племянник лет 6 с нами. Около хаты бандиты разбудили их и начали их расспрашивать, есть ли у Вас коммунисты? Брат и племянник им отвечают да, есть. У нас говорят и браты коммунисты, а они дома, они отвечают нет. На следующий день смотрим: аресты происходят, арестовали всех ответственных работников и технических партийных и безпартийных. Собирали митинг. Людей было множество, которые просили отпустить людей невиновных. Но бандиты отпустили всех. кроме 4 чел. – 3 милиционера и четвертый агент продовольственный. 2 из них партийных и остальных беспартийных, которых они вывели из станицы (Милютинской) четверть версты и зарубили их. Какие люди мучения переживали. Страшно и подумать».

Шолохов мог знать подобные эпизоды. Материал для своих ранних рассказов он собирал, как говорится, по горячим следам. Прошло лишь несколько лет после рейдов банды Махно, память о жертвах еще была свежа, а сами рассказы еще не «обросли» легендами. И среди этих рассказов подросток-продотрядовец или юный учитель, чудом спасшийся по воле сердобольного Махно, не упоминался. Напротив, людская молва рассказывала о том, как махновцы расправлялись с продовольственными агентами, партийными и советскими работниками.

Третье.

Михаил Шолохов не мог одновременно быть и учителем, и продотрядовцем, и бойцом отряда, разбитого под хутором Коньковым, и артистом. Тем более одному подростку не доверили бы в столь сложное время, когда вокруг банды, а их на Верхнем Дону в то время был не один десяток, везти целый обоз с хлебом. Да и как он мог один управлять сразу несколькими подводами? И куда он его вез и откуда? Где сам продотряд? Много вопросов, немало неясного. И опять же: ни документов, ни свидетелей, ни точного времени и места этой «исторической» встречи.

Четвертое.

Из сказанного можно сделать вывод: Михаил Шолохов знал о зверствах банды Махно, чинимых на территории Верхне-Донского округа, мог видеть самого Нестора Махно и наблюдать махновцев на отдыхе. Возможно, на наш взгляд, это было именно так, как писатель описал это в главе 7 части 2 повести «Путь-дороженька»:

«Петька привстал, увидел, как по дороге, запряженная четверкой вороных, катится тачанка. С лошадей белая пена комьями, кругом верховые, а сам Махно, раненый под Чернышевской, держит под мышкой костыль, морщит губы – то ли от раны, то ли от улыбки. С задка тачанки ковер до земли свесился, пыль растрепанными космами висит на задних колесах.

Мелькнула тачанка мимо, а через минуту только пыль толпилась вдали по дороге, да таял, умолкая, гул голосов».

Подросток Миша Шолохов мог видеть «кругом цветное море голов, гул, конское ржанье» при налете банды Махно на станицу Каргинскую, слышать слова местных коммунистов о том, что «порубили махновцы ребят из ячейки» .

Это не могло не отложиться в памяти подростка. И было взято за основу при написании повести «Путь-дороженька» и его устных воспоминаний о том времени в различные периоды его жизни.

Начинающий писатель Шолохов должен был использовать реальные сцены из жизни Нестора Махно, в противном случае читатели бы ему не поверили и рассказы не приняли.

Однако встречи эти с Махно и махновцами происходили не при трагических для Михаила Шолохова обстоятельствах. Если бы это было иначе, то людская молва донесла бы это даже через десятилетия в преданиях и фольклоре. Этого, увы, в вопросе достоверного подтверждения встречи, нет! Есть же только многоплановые «рассказы» от исследователей творчества Шолохова либо писателей, не подкрепленные фактами.

Но есть воспоминания Ивана Петровича Громославского, брата Марии Петровны Шолоховой, жены писателя. Как-то в семье, вспоминает его внук Владимир Громославский, он рассказывал ему незадолго до своей смерти:

«Написал Шолохов в биографии, что банды за ним гонялись, да не подумал, что «обрастать» начнут эти слова».

Мы же добавим, что делалось это с молчаливого согласия писателя.

В своей книге «Шолохов в жизни: Дневниковые записи секретаря» А.А. Зимовнов не зря написал следующее:

«Предлагал я М.А, чтобы он диктовал, а я записывал его биографию. Однажды за столом он сказал об этом жене. Мария Петровна отказалась от такой мысли. С таким же предложением обращался к нему как-то и П.Е. Чукарин – редактор Вешенской газеты, а затем его секретарь. М.А. посмотрел рукопись и сказал мне: «Верни ему, не знает моей биографии – пусть не берется». Приносил свою рукопись и М. Мезенцев, через меня передавал ее писателю. М.А. посмотрел ее и сказал то же самое, что и Чукарину».

Не знаем и мы ее периода 1920-х гг. До сих пор не опубликована официальная биография писателя. В большинстве книг, посвященных творчеству и жизни М.А. Шолохова, даты разнятся, варьируются события его жизни, относящиеся к одному и тому же периоду.

Именно поэтому и был выбран эпиграф из народного фольклора о жизни и деятельности другого знаменитого человека – Нестора Ивановича Махно, имя которого хотят тесно увязать с Мишей Шолоховым. «Легенды» встречи писателя настолько разнообразны, что их можно смело отнести именно к народному творчеству, а не к официальным данным из его биографии. Возможно, Шолохов к ним так и

относился.

Related Images:

  • Комментарии
  • Вконтакте
  • Facebook

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

One Response to Михаил Шолохов и Нестор Махно: а была ли встреча?

  1. sharik26:

    Освобожден Февральской революцией 1917 года. Вернувшись в Гуляй-Поле, сформировал отряд «Черная гвардия», провозгласив «помещичьи, монастырские и государственные земли общественным достоянием».